Душа – искорка пламени?

В псевдо-религиозных кругах, в лекциях "околоведических" проповедников, на страницах средневековых и более поздних "писаний" председательствует мнение о джӣвāтмане, как об искорке пламени, выпавшей из него. Развивая эту тему, чудо-писатели "писаний" и шрилекторы доходят до невероятных идей: 

– Если "душа" – это искорка пламени, то значит она обладает точно такими же свойствами, как и пламя, только с оговоркой на количественную разницу. Гун̣ы Бхагавāна переносятся на джӣвāтмана и они становятся равными по качествам, но не по количеству. Это называется ачинтйа-бхедāбхеда-таттва, что означает, что понять это невозможно. 

– Поскольку искорка вылетает из огня, то это подтверждает концепцию падения джӣвы из "духовного мира". 

Все логично, все стройно, теория придумана – вперед на лекцию рассказывать об этом всем и вся. 

Однако, в щāстрах прямо и недвусмысленно говорится о Брахмане (Боге), как о Бимбе (Праобразе), а о джӣвāтмане как о пратибимбе (отражении), чему Щрӣ Мадхвāчарйа приводит прāмāнйи во многих местах, например в Гӣтā-бхāшйе (2.18): 

प्रतिपत्तौ विमोक्षस्य नित्योपाध्या स्वरूपया । 

चिद्रुपया युतो जीवः केशवप्रतिबिम्बकः ॥ 

pratipattau vimokṣasya nityopādhyā svarūpayā | 

cidrupayā yuto jīvaḥ keśavapratibimbakaḥ || 

Джӣвах̤ – это Кещавапратибимбаках̤. Джӣвāтман – это отражение Бхагавāна, Кещавы. Но поскольку джӣвāтман невероятно мал, то он способен отразить лишь какой-то гун̣ Брахмени. В связи с этим возникает противоречие о тождественности качественной в словах шрилекторов. Это противоречие еще более усугубляется формулировками процентных соотношений количества качеств Кр̣шн̣ы, Вишн̣у, Щивы, Брахмы невероятным образом запечатленных на страницах "писаний" патриархов средневековых "религий". 

Так же в щāстрах прямо и недвусмысленно говорится, что джӣвāтман находится в сам̇сāре безначально, анāди. Анāди переводится как "нет начала" и другого перевода у этого слова не существует. Никогда не было по другому, череда перерождений длится вечность, и первого рождения в каком-то первом теле не существует, нет этой первой точки. Об этом в щāстрах говорится повсюду и другой теории найти абсолютно невозможно. Прежде всего Щрӣ Бāдарāйан̣а анализируя щрути и смр̣ти говорит в Брахма-сӯтрах, что кармо безначально: 

ॐ न कर्माविभागातिति चेन्नानादित्वात् ॐ 

oṁ na karmāvibhāgātiti cennānāditvāt oṁ || b.s. 2.1.35 || 

Далее он же, Ведавйāса, подробно разъясняет это в Бхāгавате во многих местах: 

...अनाद्यविद्यया... ...anādyavidyayā... || bhā.pu. 5.26.3 || 

Авидйа безначальна. 

भूः क्षेत्रं जीवसंज्ञं यद् अनादि निजबन्धनम् । 

अदृष्ट्वा तस्य निर्वाणं किम् असत्कर्मभिर् भवेत् ॥ भा.पु. ६.५.११ ॥ 

bhūḥ kṣetraṁ jīvasaṁjñaṁ yad anādi nijabandhanam | 

adṛṣṭvā tasya nirvāṇaṁ kim asatkarmabhir bhavet || bhā.pu. 6.5.11 || 

Опутанье безначально. 

अनाद्यविद्योपहतात्मसंविदस् तन्मूलसंसारपरिश्रमातुराः... || भ.पु. ८.२४.४६ || 

anādyavidyopahatātmasaṁvidas tanmūlasaṁsārapariśramāturāḥ... || bhā.pu. 8.24.46 || 

Авидйа безначальна. 

एकस्यैव ममांशस्य जीवस्यैव महामते । 

बन्धोऽस्याविद्ययानादिर् विद्यया च तथेतरः ॥ भा.पु. ११.११.४ ॥ 

ekasyaiva mamāṁśasya jīvasyaiva mahāmate | 

bandho'syāvidyayānādir vidyayā ca tathetaraḥ || bhā.pu. 11.11.4 || 

Опутанье безначально. 

Проследить "концепцию искорки пламени" в околоведической среде не так-то просто. Ведь они отказываются предоставлять прāмāнйи из щāстр. Нам пришлось провести расследование, откуда же эта идея берет начало. Удивляться нам не пришлось, обнаружив зачинщика. Им оказался все тот же Кедāранāтха. Как говорится в классике жанра: "то ли воздух нынче пьян, то ли леший нынче рьян, то ли в ухе приключился у меня какой изъян". Это определение весьма соответствует "писаниям" Кедāранāтха Бāбу. Чего только там нет, каких только невероятных идей и частично даже есть отсылка на щрути, только вот как! он цитирует щрути – об этом далее. 

Идея об искре пламени появляется на страницах его труда, под названием "Джаива Дхарма", в 15 главе. Кедаранатх Бабу пишет ("Джайва-дхарма: Том 1": Философская Книга; Москва; 2003): 

Бабаджи сказал: “Эти слова подтверждаются многочисленными (?) ведическими текстами. Я процитирую тебе лишь несколько. Пожалуйста, слушай внимательно. В „Брихад-араньяка-упанишаде“ (2.2.20 (?)) сказано: “Как мелкие искорки вылетают из костра, так и индивидуальные души исходят из Всевышнего." 

Сразу возникла идея, что достопочтенная "Философская книга" могла что-то перепутать в череде переводов с переводов и мы обратились к английскому изданию (©2003 by Bhaktivedanta Book Trust, Int.): 

Raghunātha dāsa Bābājī, “There are numerous (?) supporting ślokas in the scriptures. I will quote a couple, so kindly pay attention. In the Bṛhad-āraṇyaka Upaniṣad, 2.2.20 (?), we find: 

yathāgneḥ kṣudrā visphuliṅgā vyuccaranti evam 

evāsmād ātmanaḥ sarvāni bhūtāni vyuccaranti 

"Just as innumerable sparks cascade out of a flame, similarly, from Śrī Kṛṣṇa, who is the Ātmā, the Universal Soul, the jīvas emanate who are His separated parts and parcels." 

Опять видим ту же картину, что эта теория подтверждается "многочисленными" щлоками в "писаниях" и приводится ложная нумерация. Идея о напутанных переводах все еще теплилась у нас и мы решили обратиться к бенгальским изданиям "Джаива-дхарма". И мы нашли там то же самое. Прилагаем сканированную страницу бенгальского издания: 

 

Конечно же двадцатого мантра во втором брāхман̣е, второго адхйāйа Бр̣хадарāн̣йакопанишат не существует, так как там их всего четыре, но это скорее невероятная образованность английских издателей, которых не проверяя копируют и русские издатели. Цитируемые же слова встречаются в первом брāхман̣е второго адхйāйа. Давайте же их рассмотрим: 

स यथोर्णनाभिस्तंतुनाच्चरेद्यथाग्नेः क्षुद्रा विस्फुलिङ्गा 

व्युच्चरन्त्येवमेवास्मादात्मनः सर्वेप्राणाः सर्वे लोकाः सर्वे देवाः 

सर्वाणि भूतानि व्युच्चरन्ति तस्योपनिषत्सत्यस्य सत्यमिति 

प्राणा वै सत्यं तेषमेष सत्यम् ॥ 

sa yathorṇanābhistaṁtunāccaredyathāgneḥ kṣudrā visphuliṅgā

vyuccarantyevamevāsmādātmanaḥ sarveprāṇāḥ sarve lokāḥ sarve devāḥ 

sarvāṇi bhūtāni vyuccaranti tasyopaniṣatsatyasya satyamiti 

prāṇā vai satyaṁ teṣameṣa satyam || 

Как видно из приведенных цитат – они отличаются. В работе Кедāранāтха слова щрути пристуствуют, но не в том варианте как в самой щрути. Кедāранāтха оказался не чист на руку, он понимал, что если привести мантр целиком, его идея не будет состоятельной, поэтому он обрезал лишние слова у мантра. Пример с искоркой пламени присутствует в щрути, но давайте рассмотрим его значение и другие аналогии, стоящие рядом: 

यथोर्णनाभिस्तंतुनाच्चरेद् / yathorṇanābhistaṁtunāccared / как паук, разворачивающий паутину 

यथाग्नेः क्षुद्रा विस्फुलिङ्गा / yathāgneḥ kṣudrā visphuliṅgā / или как маленькие искорки, вылетающие из огня 

व्युच्चरन्त्येवमेवास्मादात्मनः सर्वेप्राणाः सर्वे लोकाः सर्वे देवाः सर्वाणि भूतानि / 

vyuccarantyevamevāsmādātmanaḥ sarveprāṇāḥ sarve lokāḥ sarve devāḥ sarvāṇi bhūtāni / подобным образом все живое, все миры, все дэвāты, существа, создания, объекты исходят из Парамāтмāна. 

तस्योपनिषत्सत्यस्य सत्यमिति / tasyopaniṣatsatyasya satyamiti / это учение есть истина истин 

प्राणा वै सत्यं / prāṇā vai satyaṁ / Прāн̣ā – это сатйам 

तेषमेष सत्यम / teṣameṣa satyam / все что дает Прāн̣а – это сатйам. 

Если рассматривать мантр целиком, его целостный смысл, то очевидно, что здесь речь идет о творении, о том как Он, Парамāтмāн, разворачивает все миры, все формы жизни, всех дэвāтов, все живое. Ни о каком падении душ из духовного мира здесь речи не идет. Ни о каком выпрыгивании душ из Бога, как искорки из огня здесь тоже речи не идет. Однако, перечисляемые в мантре миры, дэвāты и все живое Кедāранāтха решил подчистить из щрути, как и пример с паутиной и пауком. А значение слова бхӯтāни, как "существа, создания, объекты" он решил использовать по отношению к джӣвам, которые согласно его интерпретации этого мантра обладают такими же гун̣ами, как Бхагавāн. 

Надеемся, что в силу нашей недостаточной осведомленности в массовых религиозных течениях такие "многочисленные" утверждения щāстр присутствуют. Но то что приводит Кедāранāтх, с отсылкой на щрути оказалось несостоятельным, надуманным, обрезанным и попросту неверным.

Жены брахманов.

 

В некоторых "религиозных" течениях, опирающихся только на один источник в своей аргументации, и имеющих доктрину о неизвестной до средневековья враджа-бхакти, в качестве доказательства своим идеям приводится лӣла из 10 скандха этого источника (Бхāгаватам). В лӣле повествуется о том, что Щрӣ-Кр̣шн̣а, гуляя с коровами по Враджу, проголодался и отправил гопов за едой к брāхман̣ам, которые готовили йагњ неподалеку. Брāхман̣ы же не обратили никакого внимания на просьбы мальчиков, хотя те увещевали, что это для Бхагавāна. Узнав, что брāхман̣ы не отреагировали, Щрӣ-Кр̣шн̣а рассмеялся и отправил мальчиков к женам этих брāхман̣ов. Жены давно интересовались Щрӣ-Кр̣шн̣ой и преподнесли им много еды. В связи с этим, у "религиозных деятелей" определенного толка, не обремененных знанием татв, возникает идея, что брāхман̣ы, следующие Ведам, взращивают свою гордыню, а простые женщины Враджа, привлеченные красотой и необычностью Щрӣ-Кр̣шн̣ы достигают щуддха-бхакти. Тем самым, как бы, отвергается Веда-пāт̣х и создается другое направление – это простая враджа-бхакти. 

21-й (согласно ваишн̣авскому пāт̣ху) адхйāй 10-го Скандха Бхāгаватам, описывающий встречу Щрӣ-Кр̣шн̣ы с женами брāхман̣ов-йагњиков, неудовлетворенную этими брāхман̣ами просьбу посланных Кр̣шн̣ой и Рāмой гопов и последующее раскаяние йагњиков, не сопровождается объяснениями Мадхвы. Очень сложно превратно понять само описание этой лӣлы или истолковать значение ее, если только не пускаться в литературный домысел. 

Очевидна показательность лӣлы в отношении гӣтовых щлоков 

कामात्मानः स्वर्गपरा … क्रियाविशेषबहुलां भोगैश्वर्यगतिं प्रति … समाधौ न विधीयते । त्रैगुण्यविषया वेदा निस्त्रैगुण्यो भव … 

kāmātmānaḥ svargaparā … kriyāviśeṣabahulāṁ bhogaiśvaryagatiṁ prati … samādhau na vidhīyate | traiguṇyaviṣayā vedā nistraiguṇyo bhava … (Гӣтā 2.42–45) 

पत्रं पुष्पं … यो मे भक्त्या प्रयच्छति तत् … अश्नामि … 

patraṁ puṣpaṁ … yo me bhaktyā prayacchati tat … aśnāmi … (Гӣтā 9.26), 

а также таких щлоков Бхāгаватам как विप्राद्द्विषड्गुणयुतात् … / viprāddviṣaḍguṇayutāt (Бхā 7.9.10) и многих подобных. 

Лӣлā совсем не о том, какое сāдхание или поклонение лучше – веднее йагње обрядовое, или просто взять и поднести Кр̣шн̣е пищу "своими словами". И тем более не о том, что ради удовлетворения Бхагавāна надо непременно отбросить всяческие церемонии, в которых нет никакого смысла, кроме расчета на сварговые удовольствия. Как раз высший смысл в йагњах есть, и беда брāхман̣ов состояла в том, что они забыли об этом смысле, самоуверенно предаваясь йаджанию в мелких, низких целях:

क्षुद्राशा भूरिकर्म्मणो बालिशा वृद्धमानिनः ॥ 

kṣudrāśā bhūrikarmmaṇo bāliśā vṛddhamāninaḥ || (Бхā 10.21.9) 

Здесь описание йагњиков как бхӯрикарма указывает не на то, что они не правы, совершая "много кармен", а на несоответствие между тем, что совершение этих кармен могло бы дать, как во время их отправления, так и в виде плодов, и теми целями, ради которых йагњики их употребляли. Слишком много трудов, и ради чего? Подчеркивается напрасность стольких кармен в случае конкретных йагњиков, а не бессмысленность совершения многих кармен в принципе. Другими словами, порицается дисбаланс между карменем и гњāнием. 

Смыслом же этим является Само Брахмо, Бхагавāн, чьим присутствием проникнуты и осуществлены все слагающие йагња, о чем в адхйāйе говорится дважды, второй раз – самими брāхман̣ами: 

देशः कालः … क्रतुर्द्धर्म्मश्च यन्मयः ॥ तं ब्रह्म परमं साक्षाद्भगवन्तमधोक्षजम् … 

deśaḥ kālaḥ … kraturddharmmaśca yanmayaḥ || 
taṁ brahma paramaṁ sākṣādbhagavantamadhokṣajam … (Бхā 10.21.10–11) 

देशः कालः … क्रतुर्द्धर्म्मश्च यन्मयाः ॥ स एष भगवान् साक्षाद् विष्णुर्योगेश्वरेश्वरः । जातो भुवि … 

deśaḥ kālaḥ … kraturddharmmaśca yanmayāḥ || 
sa eṣa bhagavān sākṣād viṣṇuryogeśvareśvaraḥ | jāto bhuvi … (Бхā 10.21.47–48) 

В Бхāгаватам, в том числе в описаниях Кр̣шн̣āватāрия, упоминаются многие брāхман̣ы: Гарга, Сāндӣпани, Судāма. Ни один из них не отказался от брāхман̣скаго свадхарма ради "простой Враджа-бхакти". Гордость их от йагњ не обуяла – они ясно сознавали Кр̣шн̣а-татво и ни на минуту не переставали быть Вишн̣у-бхактами. Неужели "Враджа-бхакти" дискриминационна по отношению к высшим варн̣ам, наподобие классовой диктатуры пролетариата? 

Неправота брāхман̣ов из 21-го адхйāйа состояла не в том, что они исполняли свадхарм, а в том как, с каким предзнанием, ради каких целей они его исполняли. По причине кāмаис таис таир хр̣та-знания они забыли о Йагње как Боге йагња и не смогли узнать Его, явившегося перед ними, пренебречь ради Него отдельными правилами отправления йагња, нарушение которых было вполне допустимо даже с самых строгих ритуалистических позиций, а с точки зрения смысла и назначения йагња – бесконечно желательно. Без смысла их ведовые церемонии, которые сами по себе, даже не пошли Он к ним Своих друзей с просьбой, могли бы быть великим подношением Бхагавату, оказались пустой тратой времени, в конце удостоившейся даже их собственнаго презрения:

धिग् जन्म नस्तु … धिक् क्रियादाक्ष्यं विमुखा ये त्वधोक्षजे ॥ 

dhig janma nastu … dhik kriyādākṣyaṁ vimukhā ye tvadhokṣaje || (Бхā 10.21.39) 

С другой стороны, внешне простой поступок жен, в котором, однако же, те не просто пренебрегли условностями, но сожгли за собой все мосты, придя к Щрӣ-Кр̣шн̣е тйакта-сарввāщāх̤, без малейшей надежды на возвращение к своей прежней жизни – это щраван̣ие и манание о Нем преисполнили их гњāнием, бхактью и ваирāгьем такой степени, – оказался не просто лучше или достойнее всей жизни их мужей, но качественно инаким, йач чхиндйāн мр̣тйу-пāщāн гр̣хāбхидхāн, разрубающим гибельный кокон греха, из которого даже в момент смерти не найдешь и не захочешь искать выхода, поскольку в нем ощущаешь себя собой, а свое своим. 

Если бы ведние йагњи, находящиеся на одной из сторон противопоставления, не обладали внутренним потенциалом величия и святости, полностью скомпрометированным бездумным, самоуверенным и мелкокорыстным их исполнением йагњиками Враджа, то в чем бы состоял смысл сравнения их с простым, однократным, но пронизанным ананйа-бхактью поступком их жен? На фоне самого простого служения, вознесенного ведāнадхикāрин̣ом, но в сознании величества Бхагавата ("Вибхо", "Ариндама", – называют Его йагња-патни) и с единственным желанием Его прӣти, самая сложная процедура, выполняемая досконально и стабильно на протяжении десятилетий после продолжительного обучения и в сопровождении фонетически и просодически безупречной рецитации Веда-мантров выглядит непроходимой тупостью, театром абсурда. 

Так детализированность и системообразность практики, сакральная антуражность ежедневной и календарной обрядовости, легендарность и архаичность ассоциированной с ней героики наполняют адепта гордо-смиренным чувством принадлежности, закупоривающим доступ свежего воздуха прамāн̣ий к тем участкам разума, что еще помнят момент и мотивы принятия этого пути в качестве средства самоосуществления. 

Пример йагња-патней – это то самое "апи" – "даже" – в

स्त्रियो वैश्यास्तथा शूद्रास्तेऽपि यान्ति परां गतिम् ॥ 

striyo vaiśyāstathā śūdrāste'pi yānti parāṁ gatim || 

Сразу за которым следует "что говорить о":

किं पुनर्ब्राह्मणाः पुण्या भक्ता राजर्षयस्तथा । 

kiṁ punarbrāhmaṇāḥ puṇyā bhaktā rājarṣayastathā |

इति । श्रीकृष्णार्पणमस्तु ॥ 

Оригинал http://giraf-ps.tumblr.com/post/57800493895/a-10-21 

Слоистое мироздание.

Мы зачастую воспринимаем "материальный" мир, как один из, возможно, многих слоев мироздания. Над "материальным" находится "духовный", "над" – поскольку имеет над тленным превосходство вечности. Но и духовный вполне может быть разделен на разные страты, состоящие из разного качества духовного "материала", так же, подобно "материально-духовной" дихотомии, обладающего возрастающими достоинствами. 

Такое гипотетическое наслоение делает возможной и дальнейшую мысленную проекцию: в каждом из слоев "духовного" мира есть некто Главный, "бог" этого качественного слоя, воспринимаемый там, как Всевышний и как не имеющий ни равного, ни большего. "Боги" каждого из слоев могут быть "проявлениями" некой единой сущности, "почти" тождественными (как в гауд̣ӣанстве), а могут и не быть – человеческому разуму неподсильно судить о верхних уровнях бесконечной градации. Случай с Махāвишн̣у, ищущим дарщана Кр̣шн̣ы, истолковывается как одно из доказательств иерархии "всевышних" богов, но и Кр̣шн̣а тогда – только "наш" всевышний: это не Он не имеет над собой большего господина, это лишь наш разум не в состоянии найти или придумать, чем бы еще могла над-кр̣шн̣ева "сфера" выгодно отличаться от "Голоки": это в нашем круге наиабстрактнейших понятий не находится ничего желанней интимности переживаний беззаботного отрочества. 

Но "материально-духовная" дихотомия гораздо суровее в своей дихотомичности. Это не антитеза временного–вечного, косного–одушевленного и т.п. Это идам и тат, "это" и "то", причем идам̇ – это джагат, мир, а тат – никакой не "иной мир", тат – это Он, парам, что значит и "высший", и "полный" (дхāту 'пр̣') – самодостаточный, совершенный, самовластный, сам-над-собой-управный. Можно жить либо иха "здесь", либо тасмин "в Нем". При этом в любом случае существование возможно лишь благодаря пребыванию всего сущего и всех сущностей в Нем (मत्स्थानि सर्वभूतानि / matsthāni sarvabhūtāni), Его милостью (यदनुग्रहतस्सन्ति / yadanugrahatassanti). Разница в том, что здесь существование поддерживается противоестественным симбиозом вечного джӣва и распадчивого вещества, Тот же и есть бытие, знание и радость; Он же сущий, ведущий, радый. Разорвать порочную связь с сам̇сāрой односторонними усилиями возможно лишь эскалацией ненависти к порядку вещей в лице порядок установившего: преодолев идам задом к Тат, пребывать в Нем посредством беспросветного необратимого двеша, в нетленном нāраке. 

Не там, а Тот. Джагат переводится как "преходящий", или, точнее, "ходячий", "постоянно движущийся." Не "джагат" употребляется в отношении "того мира", да и "тот мир"-то сказать неправильно: дхāма, сияние Его, мощь, щрӣ. Есть мир, и есть Он. "Войти в Меня", प्रवेष्टुं माम् / praveṣṭuṁ mām, говорит Щрӣ-Кр̣шн̣а, описывая высший плод бхакти, "они во Мне, Я в них," विशते तदनन्तरम् / viśate tadanantaram. 

Слоист мир-джагат. За слоем правоздуха слой праэфира. За тем слои тонкие. А там уже мир духовный, сначала первый уровень, потом второй… Нет там мира. Нет и "там". Есть Он: во всем – и в Себе. Попасть в Него – не на следующий уровень подняться. Сценические описания Его обители беcполезны для неразумеющих сие отличие. Монистические восторги по поводу "вхождения в Тат" могли бы умериться аналогиями дома или жизни ("войти в дом" или "войти в чью-либо жизнь" не означает "стать домом" или "стать кем-либо"), не будь они вызваны ослеплением предвкушаемого единства, частенько приводящим к переводам вроде "слиться со Мной". Коррелирующая фобия монизма, выдающая цензурированный перевод "достичь Меня," "стать близким ко Мне," "вступить в царство Божие" – как если бы "правеща" был навязчивым тропом – грешитъ уже помянутым принижением Бхагавāна до статуса хозяина "иного мира", утопически представляя тот, как вращающийся по схожим со здешними законами минус смерть и прочие неприятности. 

Читая Мадхву, многие с гаудийским прошлым спотыкались на огромной значимости четвероликого Брамхы в системе таттвавāды. Казалось бы, со столькими локами над его головой, Брахмā, при всем его относительном величии, не сильно разнится в своей ничтожности с малейшей из подопечных тварей. А многоглавые Брахмы – кто перед ними четвероликий! Несложно заметить, что и здесь множественность уровней, сферъ, параллелей отвлекает от фундаментального деления на Тат и идам. Добавить сюда позицию надмирного надзирателя, которой особо грешат даже не религиоведы, а всезнающие шизотерики, эксперты по тайнам Египта и Китая с инопланетьем, и их туповатые хиндуисткие родственники с по-толерантному удлиненной алтарной полкой, и мы, вместо того, чтобы извлечь урок из данности мира, в котором живем волей Парамещвары, начинаем чертить схемы наподобие лабиринтов из "Веселых картинок" с лотосами взамен грибочков. 

Положение Брахмы – ключевое в понимании зависимости самсāринов от Парабрахмана. Принижая Брахму, мы и Парабрахмана значительно упрощаем в своем представлении, антропоморфизируем. Знай мы марйāду Брахмы из āгамы, не показалась ли она нам едва ли не превосходящей расхожие представления о Боге? 

प्रजापते न त्वदेतान्यन्यो विश्वा जातानि परि ता बभूव 

prajāpate na tvadetānyanyo viśvā jātāni pari tā babhūva 

"Праджапате! никто из этих (знакомых) или тех (лишь ведомых) миров урожденных (в этом калпе) не возобладал над тобой". 

Брахмā – не последователь Нāрāйаны в длинной генеалогической цепочке; он первое следствие первопричины, не являющейся ничьим следствием и придающей причинную силу своему непосредственному порождению, Āтмабхāве. 

 यो ब्रह्माणं विदधाति पूर्वं यो वै वेदांश्च प्रहिणोति तस्मै तं ह देवमात्मबुद्धिप्रकाशं मुमुक्षुर्वै शरणमहं प्रपद्ये। 

yo brahmāṇaṁ vidadhāti pūrvaṁ yo vai vedāṁśca prahiṇoti tasmai taṁ ha devamātmabuddhiprakāśaṁ mumukṣurvai śaraṇamahaṁ prapadye| 

Брахмā – величайшее в мире существо. Признание Ведом и самим Брахмой Нāрāйаны как своего гуру, начала и владыки означает признание зависимости от Него всех существ, даже не ведающих о такой зависимости или не согласных с ней. Прочие сущности пребывают не в мире – непосредственно в Нем, где быть, не испытывая по своей природе блаженства в служении Ему и, что существенно, в факте абсолютной детерминированности Его волей, невозможно по определению. Его волей избранник испокон живет и умирает, считывая свои потребности с ближних самсāринов, покуда Его посылом не начинает ощущать зов мокши, вхождения в Тат. 

Оригинал http://ashvattho.blogspot.ru/2010/04/blog-post.html 

Определение бхакти. Часть 4. (конец)

 

Незнание (агњāнам), удерживающее джӣву в сам̇сāре и препятствующее постоянному переживанию самосущностных для джӣвы знания и āнанда, представляет из себя не просто отсутствие правильной информации (абхāварӯпāгњāнам: "незнание-как-отсутствие"). Это бхāварӯпāгњāнам, "незнание-как-сущность", от которого, соответственно, не избавиться одним лишь восполнением недостающих знаний. Реальная сущность, как и все сотворенное или претворенное Брахманом. Именно поэтому даже подробное и щāстровое знание о сварӯпе джӣвы еще никому не дало ощутить себя джӣвой – т.е. ощутить себя знанием и āнандом, какими джӣва и является, будучи подобием Брахмана. Подобие – татхāтвам, "таковость", языком творца Брахма-сӯтр, который показал на первый взгляд странное, но в размышлении стройное: подобие, каковым является джӣва, не может раскрыться без восхищения Преподобием, Разом, в знании о Нем:

नित्यसिद्धत्वात् सादृश्यस्य नित्यानन्दज्ञानादेः न भक्तिज्ञानादिना प्रयोजनमित्यतो ब्रवीति ‘अम्बुवदग्रहणात्तु न तथात्वम्’ । अम्बुवत् स्नेहेन । ग्रहणं ज्ञानम् । भक्तिं विना न तत्सादृश्यं सम्यगभिव्यज्यते ॥ 

nityasiddhatvāt sādṛśyasya nityānandajñānādeḥ na bhaktijñānādinā prayojanamityato bravīti ‘ambuvadagrahaṇāttu na tathātvam’ | ambuvat snehena | grahaṇaṁ jñānam | bhaktiṁ vinā na tatsādṛśyaṁ samyagabhivyajyate || (Брахмасӯтра-бхāшйам 3.2.19) 

"На возражение о том, что подобие Брахмана в вечных знании, āнанде и других свойствах является неотъемлемым и вечно-состоявшимся определением джӣвы, а значит не требует бхакти, гњāния и прочих средств к его достижению, дается ответ: амбувад аграхан̣āт ту на татхāтвам – амбуват=снехою; грахан̣ам=гњāние; "подобия не может быть без сравнимого с потоком амбу, воды (слитностью любви) знания-принятия". Без бхакти подобность Ему не может полностью проявиться". 

Данное сӯтро может быть рассмотрено и с другой стороны: Брахман не позволит своеподобию в джӣве осуществиться, если не принимает (грахан̣ам) дживу Своей милостью, сравнимой с потоком (амбуват), уносящим в себе пылинки. Недаром сразу после этих слов Мадхва приводит в Бхāшье щрути:

यमेवैष वृणुते तेन लभ्यस्तस्यैष आत्मा विवृणुते तनूं स्वाम् ॥ 

yamevaiṣa vṛṇute tena labhyastasyaiṣa ātmā vivṛṇute tanūṁ svām || (Кāт̣хака 1.2.23 и Āтхарван̣а 3.2.3) 

"Кого Он, Парамāтмā, принимает ["он Мой бхакта"], тому открывает Свое сварӯпо". 

Потому ни знание, ни бхакти не являются непосредственной причиной мукти – но милость Бхагавāна, вызванная ими. Когда причина достижения лежит не в осознавшем и испытывающем и не в осознании и опыте, но в предмете опыта, то это называется прасāдах̤:

जिज्ञासोत्थज्ञानजात् तत्प्रसादादेव मुच्यते ॥ 

jijñāsotthajñānajāt tatprasādādeva mucyate || 

"Мукти достигается только Его милостью, вызванной гњāнием как прямым ви́дением Его, что рождается из поиска подлинного знания в достоверных источниках и постижения его смыслов в поиске бессомненности, позволяющей сосредоточиться на этих смыслах в дхйāнии." 

Хотя бхакти и гњāние неразделимы и являются разными ликами одного и того же явления, именно на бхакти указывает Мадхва как на отправную точку в сāдхании, и на бхакти указывает он как на пхалам – высшее обретение, сиддхих̤:

भक्त्या ज्ञानं ततो भक्तिस्ततो दृष्टिस्ततश्च सा । 

ततो मुक्तिस्ततो भक्तिः सैव स्यात् सुखरूपिणी ॥ 

bhaktyā jñānaṁ tato bhaktistato dṛṣṭistataśca sā | 

tato muktistato bhaktiḥ saiva syāt sukharūpiṇī || (Анувйāкхйāнам, 3.4) 

"Благодаря бхакти (как сварӯповой расположенности к почитанию Ӣщвары) приобретается знание (парокша-гњāние); благодаря парокша-знанию возникает бхакти (как осознанная преданность и желание поклоняться Ӣщваре), в такой бхакти приходит др̣шт̣и, знание-ви́дение Бхагавāна, апарокша-гњāние, которая становится причиной бхакти как непрерывного потока всепобеждающего снеха, за которым следует мукти, за которой следует снова бхакти – являющаяся вечным переживанием неизъяснимого счастья, самоцелью бытия джӣвы". 

Эта окончательная бхакти уже не является средством получения знания, средством обеспосредования знания, средством достижения святой свободы – это та вечная жизнь, которая сама по себе, а не только в силу отсутствия смертного тела и связанных с ним страданий, приносит неисчерпаемую радость сāттвика-джӣве:

हरेरुपासना चात्र सदैव सुखरूपिणी । 

न तु साधनभूता सा सिद्धिरेवात्र सा यतः ॥ 

harerupāsanā cātra sadaiva sukharūpiṇī | 

na tu sādhanabhūtā sā siddhirevātra sā yataḥ || (БСБ, 4.4.21) 

"Там, в мукти, упāсанā Хари и является вечным и непрерывным счастьем, а не целью – сāдханием – путем, ибо в такой упāсане и состоит сиддхи – совершенство – исполненность – наивысь свободного джӣвы". 

Подытоживая, вспомним замечательное определение бхакти Джайатӣртхой в Нйāйасудхе: 

परमेश्वरभक्तिर्नाम निरवधिकानन्तानवद्यकल्याणगुणत्वज्ञानपूर्वकः स्वात्मात्मीयसमस्तवस्तुभ्योऽनेकगुणाधिकोऽन्तरायसहस्रेणाप्यप्रतिबद्धो निरन्तरप्रेमप्रवाहः । यमधिकृत्य ‘यत्र नान्यत्पश्यति’ ‘सा निशा पश्यतो मुनेः’ इत्यादिश्रुतिस्मृतयः । 

parameśvarabhaktirnāma niravadhikānantānavadyakalyāṇaguṇatvajñānapūrvakaḥ svātmātmīyasamastavastubhyo'nekaguṇādhiko'ntarāyasahasreṇāpyapratibaddho nirantarapremapravāhaḥ | yamadhikṛtya ‘yatra nānyatpaśyati’ ‘sā niśā paśyato muneḥ’ ityādiśrutismṛtayaḥ | 

"Бхакти о Парамещваре есть непрерывный, в знании Его безграничных бесконечных безупречных качеств, поток премана (любви), во много крат превосходящего любовь к себе и всему своему-родному, неуклонный даже перед лицом тысяч препятствий. О такой бхакти слова щрути и смр̣ти: йатра нāнйат пащйати / "…где не видит ничего иного"; сā нищā пащйато мунех̤ / "для обретшего зрение мыслителя [бдение существ] – это ночь" и другие".

Определение бхакти. Часть 3.

 

Но все же: знание или бхакти? В отдельных местах превозносится бхакти, в других – знание. Может создаться впечатление, что это либо конкурирующие, либо альтернативные пути. Именно такая морока побуждает невежд сталкивать друг с другом различные части Вед и поведаний, и даже части одного щāстра (щлоки из Бхагавад-гӣты, например), снисходительно относя "враждебные" разделы к пособиям для начинающих. 

В одном средневековом течении мы находим экстремальное положение о "высшей", или "чистой" бхакти, свободной не только от своекорыстных мирских мотивов, но и от "знания", под которым понимается как стремление к слиянию с условным бескачественным, à la Саӈкара, брахманом, тоже нашедшим онтологическую нишу в этом течении, так и знание величества и всепревосходства Бхагавāна, якобы сдерживающее проявления бхакти порождаемым им "трепетом и благоговением". 

Парадокс гњāна-щӯнйа-бхакти, или бхакти, "полностью лишенной знания", объясняется либо воздействием йога-мāйи ("божественной иллюзии"), покрывающей естественное полное знание в бхактах, либо сосредоточением бхакт на одном лишь качестве щрӣх̤, красоты Бхагавāна, приводящем к забвению других Его качеств – господства, силы и пр. – считающихся в этом учении второстепенными. Однако каждый из гун̣ов Бхагавāна содержит в себе все остальные гун̣ы, и подлинное знание-ви́дение любого гун̣а обнаружит именно такую истину о них – Красоту во Всевластии, Знание в Радости, Силу в Блаженстве. 

Описания Ваикун̣т̣хи ("приниженной страты духовного мира", согласно противникам "знания") в подлинных щāстрах, сопровождаемые предупреждением "на претйа сањгњā'сти" / "будучи здесь, невозможно понять и представить, как там, в мукти", и потому сжатые и сущностные, а не распространенно-повествовательные, не дают никакого основания считать "трепет и благоговение" доминирующим настроением мукт, а ставы образцовых с точки зрения отсутствия "трепета" бхакт, содержащиеся в одной из Данностей, Щрӣмад-Бхāгаватам, и произнесенные в кульминационные моменты их земного служения Щрӣ-Кр̣шн̣е, обнаруживают в них совершенное и непокрытое знание мāхāтмья. 

Заблуждения в отношении бхакти, присущие этому культу "бхакти", основываются на нескольких ошибочных посылках. Если не считать типического отождествления понятий "гњāние", "мукти" и "брахман" с саӈкаровой ложью, и шарахания ото всех случаев употребления этих слов в щāстре, таковых можно выделить две. 

Во-первых, взятое за аксиому утверждение о том, что знание величества обязательно приводит к сдерживанию любви и возникновению дистанции. Это может быть верно в отношениях между людьми, но логика человеческих отношений не распространяется на отношение джӣвы к Всевышнему. Это может быть отчасти верно в отношениях между учеником и гуру, но из того, что мāхāтмье Вишн̣у бесконечно превосходит мāхāтмье любого другого гуру, совершенно не следует, что в случае с Вишн̣у-бхакти данное положение тем более справедливо. Как раз наоборот! 

आनन्दं ब्रह्मणो विद्वान् न बिभेति कदाचन 

āнандам̇ брахман̣о видвāн на бибхети кадāчана 

"Познавший Брахмана как āнандам и āнандам как гун̣ Брахмана никогда не боится". 

Близость, расстояние, благоговение и прочие источники полной радости в мукти определяются сварӯпом джӣвы, а не степенью забвения о том, что Бхагавāн – это Бхагавāн. Лакшми, ближе которой к Вишн̣у нет никого, обладает бесконечным знанием о Нем. 

Во-вторых (и это относится скорее к современным вульгарным интеллектуально-ленивым версиям культа), понятие "гњāние“ ассоциируется с книжным знанием, "теорией", наращиванием эрудиции как самоцелью, схоластическими упражнениями ради утверждения своего интеллектуального превосходства. Соответственно, "гњāнӣ“ – это такой малоприятный высоколобый тип, который живет головой, а не сердцем, и лезет в справочник, когда надо просто помолиться Господу. 

Помилуйте! Все, что мы видим, слышим, осязаем, воспринимаем вообще, – все это знание (или что?!). То, что мы знаем без всякого внешнего восприятия, – это тоже знание. Если ваше сердце устремляется к кому-то – то это потому, что вы знаете его. Знание в полном смысле слова – это дарщанам, ви́дение; слушание и постижение смысла щāстр – лишь жажда такого знания, джигњāсā. Йащодā, видящая во рту Кр̣шн̣ы-ребенка Вищва-рӯпо, – эпитома, а не антитеза гњāнина. Но по-знать Кр̣шн̣у невозможно ни открыв глаза восприятию окрущающего мира, ни погрузившись в глубины мира внутреннего, ни вырвавшись в астральный трип; Кр̣шн̣а – ведаикаведйах̤. 

ज्ञानस्य भक्तिभागत्वात् भक्तिर्ज्ञानमितीर्यते । ज्ञानस्यैव विशेषो यद्भक्तिरित्यभिधीयते । 

परोक्षत्वापरोक्षत्वे विशेषौ ज्ञानगौ यथा । स्नेहयोगोऽपि तद्वत स्याद्विशेषो ज्ञानगो यतः । 

इत्यभिप्रायतः प्रायो ज्ञानमेव विमुक्तये । वदन्ति श्रुतयः सोऽयं विशेषोऽपि ह्युदीर्यते । 

भक्तिर्ज्ञानमिति क्वापि न हि द्वेषयता दृशिः । पुरुषार्थाय भवति सर्वश्रुतिविरोधतः ॥ 

jñānasya bhaktibhāgatvāt bhaktirjñānamitīryate | jñānasyaiva viśeṣo yadbhaktirityabhidhīyate | 

parokṣatvāparokṣatve viśeṣau jñānagau yathā | snehayogo'pi tadvata syādviśeṣo jñānago yataḥ | 

ityabhiprāyataḥ prāyo jñānameva vimuktaye | vadanti śrutayaḥ so'yaṁ viśeṣo'pi hyudīryate | 

bhaktirjñānamiti kvāpi na hi dveṣayatā dṛśiḥ | puruṣārthāya bhavati sarvaśrutivirodhataḥ || 

(Анувйāкхйāнам, 3.4) 

"Поскольку гњāние является неотъемлемой частью бхакти, бхакти часто именуется гњāнием. Поскольку бхакти является свойством гњāния, гњāние часто называют бхактью. Подобно тому, как парокшатвам, или опосредованность, и апарокшатвам, или непосредственность восприятия, являются неотъемлемыми характеристиками гњāния, снехах̤, или любовь, он же йогах̤, сопряженность всех слагающих своего существа с Брахманом, включая средства достижения такой сопряженности и поведение, отличающие ее совершенное состояние, также является неотъемлемой характеристикой знания. Подобно тому, как парокшатвам и апарокшатвам включены в понятие "гњāние", когда щрути говорят о гњāнии как о единственном средстве достижения мукти, бхакти также подразумевается как свойство знания при упоминании знания. Опять же, когда говорится о бхакти, подразумевается знание. Знание, проникнутое ненавистью к Брахману, не может привести к высшему достижению для джӣвы (пурушāртхāйа), ибо это противоречило бы всем щрутиям."

продолжение следует... 

Определение бхакти. Часть 2.

 

Хари – высшая причина наших страданий в сам̇сāре и безначально вечного пребывания в нем. Как и действенная причина любого другого состояния четан и ачетан: 

जन्माद्यस्य यतः . . . [तं] परं धीमहि ॥ 

janmādyasya yataḥ . . . [taṁ] paraṁ dhīmahi || (Бхāгаватам 1.1.1) 

ॐ जन्माद्यस्य यतः ॐ ॥ 

ॐ janmādyasya yataḥ ॐ || (Брахма-сӯтрам 1.1.2) 

संसारमोक्षस्थितिबन्धहेतुः ॥ 

saṁsāramokṣasthitibandhahetuḥ || (Щветащватаропанишат, 6.16) 

"Причина освобождения из сам̇сāра, существования в сам̇сāре и опутанья". 

उत्पत्तिस्थितिसंहारा नियतिर्ज्ञानमावृत्तिः । 

 बन्धमोक्षौ च पुरुषाद्यस्माद्स हरिरेकराट् ॥ 

utpattisthitisaṁhārā niyatirjñānamāvṛttiḥ | 

bandhamokṣau ca puruṣādyasmādsa harirekarāṭ || (Сканда-пурāн̣ам) 

"Пуруша, по причине Которого рождаются, живут, гибнут, поступают так или иначе, знают, невежествуют, обращаются в путах и освобождаются, есть Единовластный Хари". 

सृष्टिस्थित्यप्ययेहानियतिदृशितमोबन्धमोक्षाश्च यस्मादस्य . . . चिन्तये तं महान्तम् ॥ 

sṛṣṭisthityapyayehāniyatidṛśitamobandhamokṣāśca yasmādasya . . . cintaye taṁ mahāntam || (Бхāгавата-тāтпарйа-нирн̣айах̤, 1.1.1) 

"Вницаю Всевышнего, Который стоит причиной творения и вотворения, пребывания и убытия, движения и управления, знания-ви́дения и тьмы-невежества, опутанья и освобождения“. 

Не по своей воле находится джӣва в противоестественных для себя условиях рождения, смерти и незнания. Для многих (нитйа-сам̇сāрины) джӣв именно такое состояние отвечает их органической неспособности к чистому познанию, в то время как для другой категории (тамо-йогйины) сам̇сāр – парк хотя и редких, но от того не становящихся заслуженными удовольствий, гарантом продолжения которых служит невежество о Вишн̣у-таттве. 

Однако принципиальная для большой части джӣв неосуществимость стремления к непрерывному счастью нисколько не лишает такое стремление главенствующего положения среди сварӯповых характеристик каждого без исключения четана, что, в сопоставлении с реальной оценкой текущего состояния любого внутримирового индивида в категориях счастья, несчастья и их продолженности, убедительно демонстрирует отсутствие сколько-нибудь сознательного участия индивида в инициации этого состояния. 

Если не я послужил причиной своего осам̇сāривания, окарменования, то и коррекция данного состояния находится вне моей компетенции. Более того, анализ описаний причинно-следственного круга кармы в Данностях, приводит к пониманию того, что: 

1) Сам момент инициации кармы или самсāра в отношении индивида отсутствует 

न कर्माविभागादिति चेन्नानादित्वात् । 

na karmāvibhāgāditi cennānāditvāt | Бр.С. 2.1.36 

и этот момент отсутствует вообще, а не "в рамках материальной хронологии", как мудрствует Кедаранāтх Бхактивинод, спасая свою концепцию "неверного личного выбора в пограничном положении". Следовательно невозможно и самовызволение из сам̇сāра наподобие бегства от спонтанно возникшего стихийного бедствия. 

2) Никакие действия (т.е. то же карма) не в состоянии пресечь причинно-следственную цепочку действий, в которой каждый поступок порождает новые рождения с теми или иными предрасположенностями и новые события, вызывающие новые действия как выражение заложенных реакций. 

आ चतुर्दशमात् वर्षात् कर्माणि नियमेन तु । 

दशावराणां देहानां कारणानि करोत्ययम् । 

अतः कर्मक्षयान्मुक्तिः कुत एव भविष्यति ॥ 

ā caturdaśamāt varṣāt karmāṇi niyamena tu | 

daśāvarāṇāṁ dehānāṁ kāraṇāni karotyayam | 

ataḥ karmakṣayānmuktiḥ kuta eva bhaviṣyati || 

"Начиная с четырнадцатого года жизни человек неизбежно совершает столько кармы, сколько достаточно, чтобы послужить причиной еще по меньшей мере десяти рождений. Как тогда можно ожидать мукти через прекращение кармия и его последствий?" 

"Никакие действия" охватывают не только ежедневную деятельность по поддержанию тела и получению удовольствий, но и деятельность бескорыстную, а также аскетическую, амбициозную деятельность, связанную с контролем над своим физическим состоянием и дыханием и сосредоточением на звуковых образах. 

Потому же о роли Бхагавāна в опутаньи джӣвы мы должны говорить не как о "причине возникновения", а как о „причине состояния“, продолженного и повторного. Главенство и всевластие Бхагавāна не пропадают и не умаляются от того, что Он управляет вечными (безначально-бесконечными) проведями, а не творит сущности ex nihilo. Более того, слава нитйо нитйāнāм̇ четанащ четанāнāм во столько же превосходит славу гипотетического Бога-творца, во сколько извечно зависимое неисчислимое вечное и внятливое превосходит "ничто". 

Всезаполняющая радость подвластности такому, верно понятому Вишн̣у, становится наддейственной причиной обескарменования, при том, что причиной его все так же продолжает быть Вишн̣у. 

माहात्म्यज्ञानपूर्वस्तु सुदृढः सर्वतोऽधिकः । 

स्तेहो भक्तिरिति प्रोक्तस्तया मुक्तिर्नचान्यथा ॥ 

māhātmyajñānapūrvastu sudṛḍhaḥ sarvato'dhikaḥ | 

steho bhaktiriti proktastayā muktirnacānyathā || 

"Любовь к Вишн̣у, подобная непрерывному потоку, имеющая своим основанием верное и пережитое в убеждении знание Его Всебо́жества, непобедимая и превосходящая приязнь к чему бы и кому бы то ни было, зовется бхактью. Только она ведет к мукти и ничто иное.“ 

Только озаренное верным знанием о причинности и качественности Бхагавāна и пробуждением (буддхих̤) к не имеющему ментальных аналогов āтменному чувству карма — веднее, бытовое, благотворительное, религиозное, интеллектуальное, аскетическое — обретает ценность сāдхания святой свободы: 

यदेव विद्यया करोति श्रद्धयोपनिषदा तदेव वीर्य्यवत्तरं भवति । 

yadeva vidyayā karoti śraddhayopaniṣadā tadeva vīryyavattaraṁ bhavati | (Чхандогйа 1.1.8) 

"Только то, что совершается с ведением, со щраддхо́й-уневидением и с годностью (т.е. тем, кто обладает пригодностью к мукти), приносит превосходящие плоды.“ 

(Здесь под видйей может пониматься как парокша-гњāние, приводящее к ви́дению-апарокше, так и апарокша-гњāние, деятельность в котором приносит полноту āнанда в мокше; упанишат здесь означает упа-нишӣдати — "располагаться на высоком уровне", в верхней части тāратамья джӣв). 

продолжение следует... 

Определение бхакти. Часть 1.

 
व्यासाय नमः ॥ 
मध्वाय नमः ॥ 

Настоящая заметка не ставит своей целью обоснование щāстровыми прамāн̣иями определения бхакти, данного Мадхвой. Достаточно будет того, что эти определения, либо извлеченные из Сат-Данностей (Āгамов), либо соединяющие в единую картину явные и скрытые упоминания бхакти в Āгаме, прольют пытливцам новый свет на те части щāстра, которые даже большинство бхакти-ориентированных течений привыкло незаслуженно записывать во второразрядные, и выявит основные различия между бхакти как выражением вечной относительности, определяющим самую самость джӣвы, и эмоциональным состоянием, имеющим своими ближайшими родственниками невежество, самовнушение, вожделение и гнев. 

К сожалению — но больше к особой фильтрационной задаче Пурушоттамы — в мире, так или иначе связанном с почитанием ведних богов, бытует значительное количество омонимического материала. Здесь бхакти, и там бхакти, и даже там (у Саӈкары или нововаидантиков) бхакти. Здесь щакти, и там щакти; здесь мукти, и там мукти, а кое-где даже модно презирать некую третью мукти. Все это — одинаковые слова, почерпнутые из лексикона Вед и поведий, несущие, однако же, разные смыслы. Иногда разительно разные, иногда схожие до смешения, если упустить из виду какую-то существенную деталь. Первым делом в джигњāсе дОлжно стать составление своего внутреннего словаря подлинных значений. Ведь речь и мышление, богато усыпанные терминологией, могут производить впечатление осведомленности и причастности, а частое упоминание высоких понятий может даже вызвать теплое ощущение единого фронта искренних людей, идущих к единой цели по единому широкому полю в несколько разных одеждах и под разноцветными флагами — видЕние, равно не посещающее авторитаристов и их антиподов в лице ревизоров прамāнности: йатхāртхйи, соответствия слова словому. 

В том же, что касается слова „бхакти“, описуемой им реальностью, в силу ее надчувственности, выступает отнюдь не эмпатически переживаемая нами чужая сверхъэмоциональность, не собственная эстетическая приподнятость, не косвенные признаки увлеченности немирским предметом в виде бессеребренничества или безмедикаментозной абстиненции (и тем более не генерация „не упомянутых в щāстрах“ случаев из лӣлы Кр̣шн̣ы или Рāмы), но только определение бхакти в Сад-āгаме (щāстре). Окончательной оценкой реальности бхакти — и того, что вкладывалось в слово „бхакти“, — является отношение к ней ее Предмета, Щрӣ-Вишн̣у, Его прасаннатā или прасаннатāбхāвах̤, милование и немилование, что выражаются в достижениях джӣвы, которые, хотя и скрыты в потемках душ и за горизонтом нынешних рождений, обретаются по четко обозначенным в прави́лах законам, тождественным естеству Самого Бхагавāна. 

И первое, что мы узнаем о бхакти, — это невозможность бхакти как отношения к Хари без знания о Хари, адекватного величине Его отличия как от бхакты-джӣвы, так и от начальников джӣвы, несоизмеримо джӣву превосходящих: 

सर्वोत्तमतया ज्ञानपूर्वकः स्नेह एव तु । 
भक्तिर्विष्णौ समुद्दिष्टा तदन्येषां तु योग्यतः ॥ 
sarvottamatayā jñānapūrvakaḥ sneha eva tu | 
bhaktirviṣṇau samuddiṣṭā tadanyeṣāṁ tu yogyataḥ || 
(Паіӈгӣ щрутих̤, в Бр̣хадāран̣йакопанишад-бхашье) 

"Бхактью называется подобная непрерывному потоку любовь к Вишн̣у, основанная на знании Его полного превосходства надо всем и вся. Бхакти может быть обращена и к другим, но только в меру их пригодности быть восприемниками бхакти."

Признание за Парабрахманом бесподобных качеств красоты, мощи, власти и прочих может подчас вызвать идеалистическую любовь к Нему в не самых черных душах, но если представление о Его гун̣ах есть не более чем абсолютизация своих героических предпочтений, признаком чего часто является латентный дуализм, отрицающий причинность Бога в том, что происходит субъективно „плохого“, то такая любовь не имеет своим предметом Вишн̣у как Он есть, и бхактью называться не может. Вынужденный пуститься в философствование опасностью потерять надуманную любовь, латентный дуализм проявляет себя в стремлении исключить Бога из виновников контакта джӣвы и неестественного для джӣвы сам̇сāра, перекладывая вину либо на сатаноподобную (а то и фантасмагоричную — ни сат, ни асат) мāйу, либо на наш собственный неудачный „выбор“, сделанный в состоянии туманной малоосведомленности. 

продолжение следует...

оригинал статьи http://ashvattho.blogspot.ru/2013/02/bhaktidefined.html 

Тиртхи, мукти, Вриндаван...

 

Слава посещения тӣртх, омовения в них и т.д., часто воспеваемая в Пурāн̣ах, в некоторых отношениях представляет из себя „авидйамāнāртха-стути“ (не от слова „авидйā“, а от „авидйамāна“, „несуществующий“, „неналичествующий“) — славословием, не имеющим реальных оснований. Без гњāния-бхакти достижение мукти невозможно, чему прамāн̣ия множественны, не будем их здесь приводить. В тӣртха-мāхāтмйах же неоднократно говорится о достижении мукти благодаря омовению в тӣртхе, нахождению в тӣртхе, смерти в тӣртхе и т.д. и т.п. Мукти в данном случае следует понимать как „пāпа-мукти“, избавление от пāпа, внутреннего зла, и ни в коем случае как достижение мукта-состояния. Пāпа-мукти же, в свою очередь, при совпадении всех прочих условий (джӣва-свабхāва), способствует обретению знания.
 

Другими словами, тӣртха-йāтрā, тӣртха-парикрамā и прочие виды почитания тӣртх, относятся к кармени, и в таком качестве благоприятствуют получению и усвоению парокша-гњāния и, в дальнейшем, изменению пāрокшья на āпарокшье. По обретении же āпарокшья, как и всякое сат-кармие, тӣртха-йāтрā способствуют полнейшему раскрытию āнанда в мокше. 

При этом непосредственной, кроме вспомогательной для обретения гњāния-бхакти, причинностью мокша карма, как и попадающие в этот разряд тӣртха-йāтрā, не обладают. Иначе говоря, при наличии такой возможности совершение тӣртха-йāтрā так же обязательно, как и любого другого сва-кармени, более того, действенность такого кармени во много раз превышает действенность других (что не говорит об их ненадобности или необязательности), однако полагаться исключительно на почитание тӣртх в ущерб постижению татв (например, пренебрегая щāстрāдхйāнием в ухарском „самопредании“ пыли Вҏндāвана и водам враджевых водоемов в ложном, да и чаще всего поверхностном понимании что джӣва-татвия, что аватāра-татвия, — или подвергая себя стрӣ-саӈге в виде тесного соприкосновения с фанатиками-безведниками, циничными торговцами лжебхаджными сантиментами и толпами одураченного народа в кульминационные периоды его сезонной культовой активности) значит скатываться в тамас гораздо более кромешный, нежели тот, что является элементом типичного обывательского существования. 

Теперь же о тех „но“, что могут выделять Враджа-дхамо даже среди тӣртх, непосредственно связанных с явлением и лӣлами Вишн̣у. При абсолютной тождественности всех бесчисленных рӯп Бхагавата, некоторые из них непосредственно связаны с состояниями джӣвы (Анируддха, Вищвам и др.), с обстоятельствами джӣвы (как то временем, местом или телом, в которых джӣва находится) или с самобытностью джӣвы как таковой (Бимба-рӯпо). Соответственно, почитание Вишн̣у именно в этих Его рӯпах в сознании Его пӯрн̣атва и единости приобретает особую важность в связи с разными состояниями, обстоятельствами джӣвы или даже, в āпарокшье и сиддхи, как вечный дхарм джӣвы. 

Кҏшн̣а, явившийся в сандхйу Двāпара и Кали, является йугāватāром Кали-йуга: Его волей-цветом-варн̣ом определяются свойства этого времени: очетверенность дхарма, разгул лжезнания и невежества, доступность средств сāдхания к мукти. Поклонение Кҏшн̣а-рӯпе саӈкӣртанием является йуга-дхармом, согласно 11-му скандху Бхāгавата: кҏшн̣а-варн̣ам калау кҏшн̣ам…. Именно в день Кҏшн̣а-джайантӣ, как в день явления нашего нынешнего йугāватāра, щāстрие велит блюсти полный упавāс (пост) (Бхарадваджа-сам̇хитā и пр.), в отличие от джайантӣ других Вишн̣у-аватāров. 

Прибавьте сюда кҏшн̣оцентричность Махāбхāрата и львиной части Бхāгавата, и возникновение доктрин превосходства Кҏшн̣ы над „другими“ Аватāрами Вишн̣у становится вполне объяснимым. Именно из такого культа вышел Мадхавендра Пурӣ, предтеча гаўд̣ӣанства, к подобному культу, скорее всего, имели отношение дочаитанйевые поэты-расики, этот же культ  оказал существенное влияние на лево-тантровые практики Сахаджа-йана в пост-буддистском Бенгале — и именно этот культ, точнее его основополагающие кҏшн̣аитские положения, был разбит Мадхвой — упредительно или в действительной идейной схватке, нам неизвестно, —  в самом же первом его трудѣ, Гӣтā-бхāшье. 

Как ни прискорбно, что своим псевдоученым сюсюканьем кҏшн̣аиты бросают тень на имя Кҏшн̣ы, словно Путанā, вцепившаяся в Дэвакӣнандану в попытке напитать Его ядовитым молозивом своих асурьих представлений, тем не менее, трупное зрелище гигантского обмана, втиснутого в глянцевые формы суррогатной дивы является отнюдь не отдаленной перспективой исторической справедливости, а реальной картиной, открытой для каждого, кто принял снимающее морок противоядие татвословия. 

Болотный патриотизм куликов, т.е. абсолютизация средств, данных для определенного времени и обстоятельств в пренебрежении их универсальной сутью, не в состоянии дискредитировать ни Кҏшн̣у, ни йуга-дхарм в виде нāма-йагњя, соблюдения джайантӣ, паломничества во Враджа-дхāмо. Пока же, в отсутствие татвословского плацдарма во Врадже, интересной задачей может стать составление списка реальных святынь на территории Враджа, ради обособления их от скульптурных, архитектурных и ландшафтных реализаций делириума схлестнувшихся за влияние путаниных детей, коими священная земля полнится. Наш вклад в такой список будет пока что короток, надеемся, по причине малой осведомленности: 

* Говардхан 

* Йамунā 

* Говяды Враджа 

И хотя ни один из известных нам саннйāсинов мāдхва-сампрадāя не поселился за многие века на земле Враджа, самāдхи, в которых погребены их тела, называют „вҏндāванами“. Напоминание о том, что Вҏндāван будет там, где знание, а исходя географический Вҏндāван вдоль и поперек, мы можем так и не встретить ни одного сāдху.

брахма-карма

 

(и „предписанное“ не скажешь — где, на каких камнях или скрижалях и какими чертами и резами оно „предначертано“? Но коль щāстрам = прави́ло, то „правое дело“, вменяемое каждому варн̣у) 

Мнение бытует, что деление на четыре варн̣а наблюдается повсекультурно: интеллектуалы, администраторы-военные, купцы и пролетариат. Задача первых, соответственно, что-то изучать и нести культуру ниже по лестнице. Общественный долг таких трансцивилизационных браминов состоит в исполнении подобного рода просветительского долга. И т.д., и т.п. 

Модель эта — из разряда „В Библии \ Коране \ Дао дэ цзин тоже говорится…“, для тех же прозелитических целей: приобщить через „ага, не расходится“, а там видно будет. 

Ан нет. Мало того, что интеллектуалы или попы даже пародией на брāхман̣ов не могут считаться — бытие последних отцентровано по Веде — в самом определении общественного долга наблюдается акцентирование вторичного и ослабление акцента на первостепенном и первичном, исходном. 

Как Бхагавāн определяет в Гӣте брахма-карма, правое для брāхман̣а дело? Прежде всего — как свабхāва-джам (18.42). Отсамобытностное. О каком свабхāве речь? Разумеется, о джӣва-свабхāве, ведь стремление к гњāнию-истине — не свойство ума или тела. Поэтому „саттвичность“ брāхман̣ов — это саттвам сāттвика-джӣв, а не выданного трансмиграционными службами места жительства джӣвы. А в чем состоит карма? 

शमो दमस्तपः शौचं क्षान्तिरार्जवमेव च । 
ज्ञानं विज्ञानमास्तिक्यं ब्रह्मकर्म … 

Если в самых общих чертах, то естественный долг брāхман̣а (в том числе и перед обществом Чāтурварн̣ья) — это: 

– сдерживать чувственные телесные порывы; 
– сдерживать эмоциональные умственные порывы; 
– девство, размышление; 
– чистота; 
– немстительность; 
– простота и прямота; 
– познавать причинное; 
– отделять причинное от относительного и от ложно-схожего; 
– не удовлетворяться неиспытанным знанием; 
– уневи́дение — убежденность в существовании и искомости Надопытного, Самосущего. 

оригинал http://giraf-ps.tumblr.com/post/49448116201 

стрӣ-щӯдра-брахма-бандхӯнāм̇ трайӣ на щрути-гочарā…

 
“भारतं ब्राह्मणादीनां वेदार्थपरिवित्तये । 
त एव वेदास्त्वन्येषां नर्ते तत् कस्यचित् सुखम् ॥ 
„Махāбхāратам позволяет брāхман̣ам, кшатриям и ваищйам постичь суть Вед. Для прочих людей ведами являются двиджи. Без Махāбхāратам мокша-счастье не досягаем ни для кого.” 
— 
Сканда-пурāн̣ам 

Приводится в Бхāгавата-тāтпарйа-нирн̣айе на 1.4.24 (стрӣ-щӯдра-брахма-бандхӯнāм̇ трайӣ на щрути-гочарā…). 

Щлок Бхāгаватам не говорит, как может показаться, о том, что Махāбхāратам предназначено для стрӣ-āди, или о том, что у брāхман̣ов нет адхикāра к Махāбхāратам. И не о том, что ведāнāдхикāринам достаточно читать Махāбхāратам, чтобы достичь мокша! И не о том, что Махāбхāратам нужно двиджам, чтобы разобраться в смысле некоторых Веда-мантров. 

А о том, что Махāбхāратам необходимо двиджам, чтобы понять единый смысл всех Вед в каждом веднем мантре, для адвиджей же ведами (теми, что ведайанти — увещевают, проповедуют), надеждой на знание и мукти становятся те двиджи, что могут донести им суть Вед словами Махāбхāратам и установить для каждого из них то карма, которое будет им щрейаси \ на благо. 

Определение варн̣а через степень проявленности āтменных свойств (джӣва-варн̣атвам), а не через рождение или род деятельности, дает надежду достойным. Избавляет их от ига недостойных. Но не устраняет пределы — агочаратво — лишь переопределяет границы досягаемости Троѝ, Веды. 

оригинал (http://giraf-ps.tumblr.com/post/49367518442)